Перед такими, как Александр Базиян, воды Красного моря не расступятся

КОЙКА ДЛЯ БЕДНЫХ

Жители Касимова предпочитают лечить своих детей дома из-за нечеловеческих условий в центральной районной больнице

Так сложилось, что чем дальше от столицы, тем хуже медицинское обслуживание, а количество проблем прямо пропорционально зарплатам в медучреждениях. Выделяемые из бюджета средства, по всей видимости, заканчиваются ещё до того, как дойдут до цели.

Жители Касимова давно стараются лечиться в областном центре. Просто боятся попасть в центральную районную больницу. Наибольшее недовольство среди местного населения вызывает детское отделение. Маленьким пациентам в холодное время года приходилось спать под двумя одеялами и в шапке из-за сильного сквозняка. Рамы настолько прогнили, что уже не спасали ни вата, ни лента для заклейки окон. Видимо, все слова о заботе над здоровьем граждан касимовской администрацией брошены на ветер, судя по всему, тот самый, который зимой гулял в детской палате. Одна из жительниц города в ответ на запрос в рязанский минздрав получила ответ, что, со слов руководства учреждения, все окна отремонтированы. Вряд ли бы больница дала другой ответ надзорному органу. Проблема решилась только после того, как женщина написала о сложившейся ситуации в социальной сети. Один из пользователей отреагировал на пост тем, что лично отправился к главврачу. В этот же день щели в окнах заполнили монтажной пеной, а на следующий стыки дополнительно проклеили скотчем. Вот так горожане не просто сами решают свои проблемы, но и выполняют функции чиновников. Многим уже давно пора сложить полномочия на благо общества. Пользы больше будет.

Самое интересное, что в коридоре и в отдельных кабинетах, где дети не находятся, при ремонте поставили стеклопакеты. Так, во время проверки можно провести делегацию из области мимо палат, не заглядывая внутрь, и новых окон и пригласить в конкретный кабинет на чаепитие: типа все выделенные средства потрачены в нужном направлении. Вряд ли проверяющие догадаются, что люди, сидящие в коридорах, на самом деле вышли греться, а не от скуки.

Не исключено, что по смете во всём здании стоят тройные стеклопакеты, а на деле не только рамы гниют, но и городская система медицины. Видимо, так происходит во всём, где до сих пор наиболее сильны позиции Фёдора Провоторова.

Испытания пациентов на выносливость ветродуем из окон не заканчиваются. В некоторых палатах нет даже воды. Раковины стоят, но не работают. Посуду и руки ходят мыть в туалетную комнату. Там же приходится ополаскивать соски и пузырьки для грудничков под ледяной водой. Горячей нет, вскипятить невозможно. Своими электроприборами, даже кипятильниками, пользоваться нельзя, заметят – отберут, в буфете одиноко стоит остывший чайник, а потому ни детскую смесь развести, ни чай заварить. Даже поесть нормально нельзя. По ходу можно только лежать и не возмущаться. Хорошо, если близкие принесут тёплую еду, так как разогреть пищу тоже негде: ни плиты, ни микроволновки. Больничные обеды организм не воспринимает. Детям утром и вечером подают непроваренные пересоленные каши. Не спасает даже сахар, который пациенты привозят с собой. Первого блюда два вида – щи из залитой кипятком капусты или суп, единственным ингредиентом которого является вермишель. Зато оба без соли. Грудничкам предлагается то же самое, только в протёртом виде, и пустая толчёная картошка. Полдника совсем не стало. Да и вряд ли он нужен с таким меню. По утрам мамы вместе с детьми видят в стаканах интересный напиток. Говорят, на вид – чай, а на вкус – кофе.

Сотрудники больницы приносят из дома свою еду, а пациенты – свои лекарства. С такими условиями наша медицина по праву считается одной из слабейших в мире.

Несмотря на массовую конфискацию электроприборов, некоторым особо ловким всё же удаётся оставить при себе кипятильник, но и здесь порой кроме гнева ничего не закипит: не все розетки рабочие. Периодически разъёмы чинят, но не всегда надёжно. По иронии судьбы одна из рабочих розеток находится в небольшом помещении именно перед шестой палатой. Правда, в этот раз душевнобольные не в самой палате, как в известной повести Антона Чехова. Судя по всему, этой палатой душевнобольные руководят: чтобы ночью сделать ингаляцию, приходиться поднимать ребёнка и нести к розетке. На пациентов, которые приносят удлинители, начинают ругаться. В таких условиях остаётся только на этом же проводе повеситься. Многие из-за таких условий через два дня с больными детьми уходят под расписку лечиться дома.

Лет семь назад в коридоре отделения находился телевизор, но теперь и этого нет. Видимо, таким образом решили не вводить детей в заблуждение красочными мультиками, чтобы те с малых лет привыкали к реальной жизни, которую для своих граждан приготовила местная власть. 

ПЕЧОРИНА
ИРИНА